Понедельник 11 ноября 2002 г., 10:00 мск
Постоянный адрес материала: http://www.m3m.ru/articles/2002/11/11/3834.html

На этот раз наше меню пополнится своеобразным и острым блюдом — разговор пойдет о Мэрилине Мэнсоне, личности неоднозначной и определенно одиозной (по крайней мере, для США). С той поры, когда «король грязи» впервые предстал чистым, прошло семь лет. За этот период Антихрист местного розлива успел превратиться не только в звезду современной музыки мирового масштаба, но и в культурную икону 1990-х, как аттестует его журнал «Другой».

Слагаемые успеха в деловом мире в большинстве случаев представляют собой стандартный и повторяющийся набор качеств и обстоятельств. В мире шоу-бизнеса дело обстоит сложнее, именно здесь можно порой встретить уникальные, поучительные во многих отношениях случаи. Брать их в качестве примеров для подражания, пожалуй, бессмысленно, так как вряд ли вам удастся приготовить еще один кулинарный шедевр под названием «Мэрилин Мэнсон», однако вычленить ингредиенты его успеха настоятельно рекомендуется каждому, кто хочет преуспеть в своей жизни.

Я сосредоточу свое внимание на следующих обстоятельствах:

• Шокирование общественности — ключ к славе.
• Как влить новое вино в старые мехи, или взятый напрокат сатанинский антураж.
• Тест на прочность: способны ли вы жить, испытывая на себе давление «пятидесяти миллионов вопящих христиан»?
• Протей нашего времени: в чем заключается умение Мэнсона никогда не повторяться?

Католические богословы насчитывают 219 видов ереси. Однако если включить в это число еретиков от искусства, то количество, пожалуй, возрастет до астрономической цифры. Америка — это не только страна больших возможностей и, в лице Голливуда, фабрика грез, но также и кузница бунтарей всех мастей. «Охота на ведьм» — старинная народная американская забава. Мало кто из музыкантов, осмелившихся иметь собственное, а не конформистское мнение по ключевым общественным проблемам, не попадал в свое время под дубину общественного мнения. То примут в штыки «Роллинг Стоунз», то устроят облаву на Эллиса Купера и Оззи Осборна за их пристрастие к сатанизму, то затаскают по судам «белого провинциального мальчишку» Эксла Роуза. Казалось бы, ложка уже давным-давно дерет дно и вычерпывать больше нечего. Ан нет. Мэрилин Мэнсон в этом отношении сорвал не только банк, но и джек-пот.

Общество, по традиции, пытается найти козлов отпущения для своих проблем… Наверное, это я… М. Мэнсон.

Рыба гниет с головы. Величайшие еретики обычно воспитываются в лоне церкви. Характер Мэрилина Мэнсона, в миру Брайана Уорнера (родился в 1969), не стал исключением: он вышел из горнила Школы христианского наследия штата Огайо. Запуганный рассказами о конце света и Антихристе, Брайан решил впоследствии стать им. «Во мне рос бунтарь» — признавался он позже. Впрочем, уже в нежном отрочестве наряду с неприличными и богохульными выходками (вкус к шокированию зародился у Брайана очень рано), молодой Уорнер начал выказывать и чудеса предприимчивости, покупая, перепродавая, а затем и крадя только что проданные кассеты у своих сверстников.

После переезда во Флориду Уорнер посещает колледж, где изучает журналистику и театр. Параллельно он подвизался на почве сочинительства, создавая отнюдь не плохие для начинающего писателя произведения. Однако на первых порах его литературная карьера была усеяна отказными письмами — ему удалось опубликовать только один небольшой рассказ. Не оставив сочинительства, Брайан устраивается критиком в музыкальное издание. В свободное от работы время он усиленно штудирует книги по философии, гипнозу, криминальной и массовой психологии и оккультизму, оттаивая от прочитанного у телевизора и, по собственному признанию, «офигевая от тупости американцев».

К идее организовать собственную группу он приходит медленно, но верно: «Я начал воспринимать музыку как универсальное лекарство, как путь в мир, где нет законов и правосудия». Естественно, встает вопрос о броском псевдониме и Брайан Уорнер придумывает себе действительно блистательное сочетание — Мэрилин Мэнсон — составленное из имен двух икон 1960-х: секс-символа Мэрилин Монро и серийного убийцы Чарльза Мэнсона. Это имя стало подлинным символом современной Америки.

Как и прочие команды подобного рода, группа Marilyn Manson & The Spooky Kids («Мэрилин Мэнсон и жуткие ребята») дает грязные маргинальные концерты и записывает свой демо-альбом. Знакомство с лидером культовой андеграундной группы Nine Inch Nails Трентом Резнером в 1990 году становится для Мэнсона дорогой в мир более серьезной музыки. В 1994 группа выпускает свой первый альбом — «Портрет американской семьи» (Portrait of an American Family), злобный и саркастичный выпад в сторону Америки. Центральное место в нем заняла песня «Торт и содомия» (Cake and Sodomy), текст которой был буквально соткан из обозначения общественных язв и самых острых политических проблем. Еще одной кульминацией произведения была «Моя обезьянка» (My Monkey), часть текста которой была позаимствована все у того же одиозного Чарльза Мэнсона, который по совместительству являлся лидером неудачной рок-группы.

«Моя обезьянка» стала ударом по больному месту. Наряду с первыми местами в местных чартах, группа приобретает и скандальную известность, тоже, правда, пока что локального характера. Шок — это самое легкое и эффективное средство привлечь к себе внимание. Им, не долго думая, и воспользовался Мэнсон. Уже ранние шоу группы отличались скандальными и неприличными выходками, которые быстро стали почвой для самых различных слухов, которые потом перевоплощались в статьи и репортажи. Слухи, как известно, отличаются не только феноменальной быстротой своего распространения, но также тем, что с течением времени приобретают все более и более гротескный характер, доходя порой до абсурда. Мэнсон и не собирался противиться нарастающей истерии, наоборот, он делал все возможное, чтобы обернуть всю эту шумиху в свою пользу. Через некоторое время альбом «Портрет американской семьи» становится «золотым». Многие группы могли только мечтать о таком успехе, однако Мэрилину Мэнсону этого было явно недостаточно: «Наши синглы проваливались, музыку не крутили на радио, и нас мало кто знал… Мы не хотели оставаться андеграундной командой на всю жизнь. Мы знали, что мы гораздо лучше». Вероятно, само слово «успех» ассоциировалось у него со скандальной славой, при которой вся Америка трещала бы по швам. Это время было не за горами… В 1995 году выходит альбом «Пахнет детьми» (Smells Like Children), по большей части представляющий собой сборник ремиксов предыдущего альбома, который дебютирует в Billboard на 53 месте в графе «200 лучших альбомов». За ним следует кавер-версия песни Eurithmics «Заветные мечты» (Sweet Dreams), получившая высшую оценку — сингл приобретает статус «платинового».

Вскоре группа приступает к записи своего следующего альбома, носящего красноречивое название «Антихрист Суперзвезда», который выходит в 1996 году. Многие магазины в США открылись уже ночью и мгновенно распродали первую партию этого опуса. В Billboard он дебютирует уже на третьем месте. Альбом стал выдающейся сатирой на Америку: «Все эти фанатики веры, которым взбрело в голову, что они должны искоренять зло посредством зла, живут с двойными стандартами. Я обнажаю их лицемерие и думаю, что я в этом преуспел». «Антихрист Суперзвезда» действительно явился мощным ударом по лицемерной христианской Америке — общественное мнение было в шоке. «Целью создания «Антихриста Суперзвезды» было стать абсолютным злодеем для Америки», и эта цель была достигнута, причем с заметным перевыполнением плана — «…я был поражен количеством людей, которые спроецировали на меня свою ненависть». Мэрилин Мэнсон стал громоотводом всей американской ненависти, всеамериканским мальчиком для битья. Шок, сослуживший такую хорошую службу начинающей группе, грозил обернуться против нее.

Список отмененных и пикетированных концертов рос как на дрожжах. На группу посыпалось столько обвинений, сколько, наверное, не получал на свою голову сам Дьявол за всю историю христианства. Мэнсона обвиняли в распространении на концертах наркотиков и порнографии, сексуальных извращениях на сцене, жестоком убийстве животных и насилии над детьми, взывании к Сатане и проч. и проч. В результате дошло даже до призывов «Убивайте своих родителей» и «Насилуйте своих девушек и сестер». Христианские общины, наконец-то, нашли своего Антихриста и делали все, чтобы отразить пришествие «самого дьявола» и «апостолов Апокалипсиса» к своим городам. При известии об очередном концерте устраивались родительские собрания, трансляции по радио и телевидению, не говоря уже о призывах к власти отменить концерты группы, которая несет детям «глобальную опасность». В конце концов, ненавистники Мэнсона объявились не где-нибудь, а в Сенате США!

Но я всегда хотел большего. Это моя проблема: я всегда хочу чего-то большего. И я всегда говорю об этом моему публицисту, моему менеджеру, моей рекорд-компании. М. Мэнсон.

Наконец-то была найдена и причина подросткового суицида. Мэрилин Мэнсон, впрочем, будто бы и не собирался отказываться от столь почетной миссии. Чем более массированным были атаки, тем более вызывающим и провокационным — ответ. Так, предпоследняя песня альбома, «Размышляющий Бог» (The Reflecting God) призывала: «Стреляйся, стреляйся же, ублюдок!». Не менее красноречивыми выглядели и некоторые обороты в «Безответственном гимне ненависти» (Irresponsible Hate Anthem): «Мы ненавидим любовь, мы любим ненависть!»; «Давай просто всех переубиваем и позволим вашему богу их рассортировывать».

Оговорюсь, однако, что подобное вычленение цитат чревато полным искажением действительного смысла альбома, поверхностным и вульгарным его истолкованием — по словам Мэнсона, в альбоме нашли свое выражение и негатив, и позитив в чистом виде: «Достаточно странно, но множество моих идеалов христианские в определенном смысле, но я просто не люблю то, что представляет собой религия в Америке». А один из фэнов группы отмечает: «Не попадитесь на крючок. Мэнсон — это типичный моралист, действующий в компрометирующих условиях 1990-х».

История успеха Мэрилина Мэнсона — это, по сути, история антиуспеха, что отмечает он сам: «Антихрист Суперзвезда» был метафорой для моего плана стать Суперзвездой, плывя против течения, делая все неправильно». Уже один этот факт делает ее уникальной. Успех был завоеван не кропотливым трудом и гениальными озарениями, а шокированием общественности, высказыванием идей, находящихся на грани приемлемого. Дать бой всему лицемерию Америки было непросто, но именно это обстоятельство вознесло группу на вершину мировой славы.

Еще один факт в музыкальной карьере Мэнсона, заслуживающий безусловного внимания — это способность гармонично сочетать шаблоны с инновациями. Почти все экстремальные группы пытались производить впечатление посланников тьмы, что к 1990-м годам набило оскомину всем сколько-нибудь серьезным людям. Однако позаимствовав поношенный сатанинский антураж у своих предшественников, таких как Эллис Купер и Оззи Осборн, Мэнсон смог не только вдохнуть в него вторую жизнь, но и придать ему новый блеск. Этот факт в очередной раз доказывает старую истину: нет скучных жанров, есть только скучные писатели.

Казалось бы, постоянно удивлять, а уж тем более шокировать общественность невозможно. Однако вопреки мнению критиков, полагавших, что «Антихрист Суперзвезда» — это все, на что способна группа, творческая карьера Мэнсона не закончилась на этом альбоме. Вышедшие в 1998 году «Механические животные» (Mechanical Animals) вскрыли еще одну немаловажную и уникальную составляющую успеха Мэрилина Мэнсона — способность никогда не повторяться, постоянно оставаясь новым. Если «Антихрист Суперзвезда» шокировал общественность, то «Механические животные» выбили из колеи еще и критику, заставив всех скептиков взглянуть на «Мэрилин Мэнсон» как на значительное явление, а не как на очередной Motorhead. По стилистике этот альбом разительно отличался от предыдущего: в нем не было и следа от индастриал-металла, на этот раз он отсылал к глэм-року 60-70-х годов и, в частности, к творчеству Дэвида Боуи. Одновременно альбом продолжал линию предыдущего произведения: если «Антихрист Суперзвезда» был посвящен ничем не стесненному выражению эмоций, то «Механические животные» выразили ощущение опустошенности, остающееся после этого. Не забыта была и сатирическая линия, поднятая на новую высоту: «Я столь же искусственен, // Как свадебный торт» («Новая модель №15»), а к основному набору мотивов добавилась больная для Америки тема наркотиков — «Я не люблю наркотики, но они любят меня» (I Don’t Like the Drugs [But the Drugs Like Me]). Нельзя, конечно же, позабыть и знаменитую композицию «Рок мертв» (Rock is Dead).

Нападки на группу не прекращались. Во время концертного тура, названного «Последнее турне на Земле» (впоследствии вышел одноименный концертный альбом), на всей территории США можно было встретить концертные плакаты, исписанные призывами вроде «Мэрилин Мэнсон — исчадие ада» и «Убейте Антихриста». Самое интересное, однако, было как всегда впереди. 2000 год стал решительным периодом испытания Мэрилина Мэнсона на прочность. Многострадальному шок-рокеру пришлось выдержать беспрецедентное давление. Трагедия, произошедшая в тихом американском городе Коламбайн штата Колорадо, всколыхнула всю страну: два мальчика-подростка застрелили двенадцать своих одноклассников и учителя, а потом покончили жизнь самоубийством. В этом мгновенно обвинили Мэнсона и его конфронтационную музыку, которую якобы слушали убийцы, хотя он не имел к этой бойне ни прямого, ни косвенного отношения. Слух был пущен и снежный ком начал расти: угрозы сыпались как из рога изобилия, поступая по всем возможным каналам связи — скрыться было некуда. Ошеломленный таким шквалом нападок, Мэнсон вынужден на время удалиться от публичной жизни, отменив все свои выступления. Три месяца он провел практически в полном заточении.

Результатом явился Holy Wood, новый альбом, ставший готическим шедевром мировой рок-музыки и абсорбировавшем весь тот поток ненависти, который обрушился на тщедушного рокера. Этот альбом стал «Манфредом» Мэрилина Мэнсона, столь же величественным в своей безысходной мрачности, в котором бешеные по темпу композиции сменяются кошмарными суицидальными видениями. Все предыдущие мотивы были углублены и вышли на новый художественный уровень. Holy Wood стал последним полотном в грандиозном сатирико-саркастическом триптихе об Америке и, по словам Мэнсона, подводил итог рефлексии в музыке. Можно только удивляться близорукости главного редактора журнала Spun, сравнившего Holy Wood с очередным фильмом о Джеймсе Бонде. Коламбайн, естественно, занял в альбоме одно из центральных мест: «Мы — никто // Мы хотим стать хоть кем-нибудь // Когда мы умрем, они узнают хотя бы наши имена» («Никто», The Nobodies). Holy Wood завершил второй период в творчестве Мэрилина Мэнсона.

Год 2002. На подходе его новый, можно сказать уже заранее, шедевр — «Золотой век гротеска» (The Golden Age of Grotesque), который, по словам Мэнсона, должен изменить представления каждого о том, на что способна группа. На этот раз альбом был вдохновленный атмосферой Веймарского Берлина 1930-х годов, культурой водевиля и кабаре, упадочно-разлагающимся декадансом и дадаизмом. Помимо этого он наполнен кощунственными ассоциациями с «коричневой чумой» XX века, нацизмом. Невольно приходит на ум отрывок одного интервью, в котором журналист походя отметил, что если завтра группа «Мэрилин Мэнсон» начнет воспевать холокост, никто не удивится. Мэнсон деликатно убрил журналиста: «Во всем, что я делаю, есть свой смысл. В ваших словах он отсутствует». Можно не сомневаться, что шишки морали и стрелы добродетели в очередной раз полетят по уже испытанной траектории. Мэнсон, впрочем, сразу же оговаривается: «Вы не можете быть фашистом, когда погружены в моду» (“You can’t be a fascist, when you are into fashion”). Умно. Только вряд ли поможет.

В связи с Мэрилином Мэнсоном я нередко вспоминаю случай из своей жизни. Как-то я решил навестить своего старого знакомого, обзаведшегося, как говорили, новой зверушкой. Не успел я закрыть за собой дверь, как меня в три прыжка достиг серого цвета пушистый шарик, отдаленно напоминающий котенка, и вцепился мне в ногу. Я отбросил зубастика, однако котенок с еще большим остервенением насладился моей лодыжкой. Тогда я, под хохот приятеля, отшвырнул его с еще большей силой, при этом он больно ударился об ножку трельяжа. Однако это ничуть не образумило животное — атака продолжилась, только с возросшей злостью. Управиться с этим созданием не было решительно никакой возможности — отпор рождал в нем только желание усилить свой натиск…

Наверное, упорству г-на Мэнсона можно в чем-то позавидовать. Можно удивляться, каким образом Брайану Уорнеру удалось, применяя испытанный метод шокирования, облаченный в потертый костюмчик Антихриста, стать звездой современной музыки. Можно восхищаться его протеистическим умением всякий раз приоткрывать публике новую сторону себя и способностью вести нормальную жизнь под таким давлением общества. Следует только иметь в виду: огород успеха никогда не возделывали консерваторы, на нем произрастают лишь нестандартные решения.

Каждая история успеха по-своему уникальна, однако сочинить свой рецепт, хотя бы поверхностно не ознакомившись с историей кулинарии, невозможно. Когда А. Н. Толстой создавал «Петра I», он изучил огромное количество исторических источников, а потом, по собственному признанию, просто… забыл их и начал писать с чистого листа. Наверное, этот принцип можно взять на вооружение каждому.

Источник: Агентство финансовой информации "М3-медиа" (http://www.m3m.ru)